10 февраля 2009 года

Есть только я и Ломанов

Накануне центральной встречи Восточной зоны первенства страны по бенди между командами “Кузбасс” и “Енисей” корреспондент “СТАДИОНА” в Кемерове встретился с главным тренером сборной России Владимиром Янко и постарался прояснить в беседе с этим, известным профессиональным мастерством и неоднозначной репутацией, специалистом, с чем связано огромное количество кривотолков вокруг его персоны. В свою очередь, знаменитый на весь хоккейный мир собеседник согласился откровенно ответить на задаваемые ему вопросы.
ВСЕ ХОТЯТ ЯНКО

Владимир Владимирович, вы согласны с расхожим убеждением: на последнем чемпионате мира сознательно был сделан шаг назад, чтобы будущей зимой уверенно продвинуться вперед?
— Поверьте, я не хотел делать этот шаг, вынудили обстоятельства. В той ситуации, которая сложилась вокруг сборной, нас спасло бы только чудо. Не может ехать команда на чемпионат мира, не сыграв вместе ни одной игры и проведя всего две тренировки. Не добавило оптимизма и медобследование хоккеистов, с результатами которого доктор познакомил меня за два дня до отъезда. Все, что я мог сделать, — лишь дать отдохнуть в первой игре с норвежцами Свешникову, Максимову и Тюкавину. С белорусами же надо было поиграть всем, потому что два дня не кататься — перебор. После неудачи в Швеции на меня посыпались упреки: мол, надо было везти на чемпионат ту молодежную команду, которая выступала на турнире в Новосибирске. Но иметь мастеров высочайшего класса из “Динамо” и сказать им, что я на них обиделся, было бы попросту глупо. Тем более что обижаться-то было не на что. Потом все быстро выяснилось — кто писал письмо, кто заставлял ставить закорючки. Все это, кроме смеха, иронии и какой-то жалости, ничего более не вызывает. Инициаторами сей акции двигала элементарная месть.

Поймите, Янко не держится за пост тренера сборной. Почему вокруг него сконцентрировано все зло? Откровенно скажите мне, и я завтра же уйду с этого поста. Но собираются на конференции все тренеры российских команд и голосуют за то, чтобы Янко был тренером сборной. Осенью собираются 20 президентов клубов и единогласно голосуют за мою кандидатуру и подписание контракта со мной на четыре года. За меня проголосовал и Скрынник, что вызвало удивление даже у Поморцева. Сейчас в стране есть только два специалиста, способных работать со сборной — Янко и Ломанов. Третьего нет даже близко. Пусть меня простят все остальные, они пока не готовы тренировать сборную. Например, приглашение Лихачева станет катастрофой. Официально заявляю всем, я завтра покину пост главного тренера сборной. Но только в том случае, если именно Ломанов, а не кто-то другой, условно говоря, подпишет на три года контракт с ФХМР. Причем замечу, Сергею будет удобно работать со сборной. У него сын — лидер коллектива, его я уже сделал капитаном. Это крупное везение для Ломанова-старшего. А меня тут же не будет в хоккее, как происходило годом ранее, когда я трудился в другой сфере и не собирался больше ходить на хоккей. Рулите, бибикайте, ругайтесь между собой, но, прежде чем что-то делать, проанализируйте ситуацию — куда толкают наш вид спорта.

Известно, что ваши взаимоотношения с Ломановым простыми назвать нельзя…
— Я также не понимаю, почему со стороны Сергея идет ко мне такой негатив. Когда его выжили из “Динамо”, я был единственным в клубе, кто заступился за него. Я подходил к Скрыннику и говорил, что он не имеет права во всеуслышанье говорить подобные вещи про Ломанова. Затем мы долго общались с Сергеем, и я понял его, не стал удерживать в клубе, потому что такие оскорбления любой уважающий себя человек простить не может. Равно как и я. Я ведь сразу же, следом за Сергеем, ушел из “Динамо”, потому что понял: хамство в отношениях между людьми перешло все границы.

СКАЗАЛСЯ ВОЗРАСТ

На чемпионат мира вам удалось собрать всех сильнейших игроков России?
— На мой взгляд, да. Три человека, образно говоря, висели в воздухе. Но только по одной причине — возраст. Шамсутову 37 лет, но он и в эти годы в порядке. Однако он — человек с очень непростым характером. Когда его начинают гладить по голове, что делает сейчас в “Динамо” Лихачев, это идет во вред всему коллективу. Кстати, именно по этой причине когда-то Ломанов не взял Шамсутова на чемпионат мира в Кемерово. Паше Францу уже за 40. Тем более что в Новосибирске Дима Стариков очень хорошо сыграл на позиции защитника. Но беда — вернулся человек с турнира в “Динамо” и вновь сел в запас. Так же, как и Вася Грановский. А играют за динамовцев Даня Эрикссон, к которому я отношусь с глубочайшим уважением, и Франц. Оба мои друзья. А у Паши и вовсе все медали завоеваны под моим руководством. Тем не менее я его не беру на чемпионат мира, потому что надо думать о будущем. Поверил я лишь в Ваню Максимова и очень рад тому, что не ошибся в нем. Ванька очень хорошо отыграл на этом чемпионате, в силу своих сегодняшних возможностей. Сборную не комплектуют по личной преданности. Мы собрали сборную такой, какая она должна быть в этом году и в данной ситуации.

Однако с себя вины также не снимаю. Я должен был знать, что все динамовцы прошли подготовительный период без учета выхода на пик физической формы в дни чемпионата. Не говорю, что у “Динамо” была плохая подготовка. При Лихачеве, уверен, все было нормально. Но в ней не учитывались интересы сборной. Раньше, когда я был тренером базового клуба страны, старался подводить свою команду к двум самым главным соревнованиям сезона — чемпионату мира и серии плей-офф первенства страны. Так было с “Водником”, так было и в мою бытность с “Динамо”. Но слишком поздно все это понял. Для полноценной подготовки нужно было — с учетом возраста некоторых игроков — как минимум, две недели, чтобы привести в соответствие физические кондиции. А кто бы мне дал перенести два-три тура национального чемпионата?!

Еще какие-либо препоны существовали?
— Может быть, ошибочным стало, что первую игру со шведами мы сыграли динамично. На московском чемпионате, полностью переиграв в первом тайме шведов, я пришел в раздевалку, развеселил ребят, сделал несколько замен, и мы уступили. Несмотря на поражение, мне удалось сохранить физическое состояние ребят. Но в то же время я год не видел команду и должен был посмотреть, как она себя поведет в матче с сильным соперником и на что, а также на кого, мы можем рассчитывать. Меня обнадежили последние десять минут первого матча, когда мы доминировали на поле. Был уверен, что мы выиграем турнир. А меж тем сил и эмоций потратили много, и они, к сожалению, с возрастом все тяжелее компенсируются.

Сейчас в сборной наступил хороший момент. Молодые ребята подпирают. В то же время есть опытные турнирные бойцы. Им только необходимо создать условия. Чтобы больше во главу угла не становились местечковые интересы клубов. ФХМР должна разработать такой календарь чемпионата страны, в котором учитывались бы интересы команд, дающих игроков в сборную.

ДИПЛОМ И ДЕЛО — РАЗНОЕ

А есть ли сейчас на подходе новые тренерские кадры?
— Тренером может стать любой. У меня, Трофимова, Бескова, Тихонова или Лобановского — одинаковые дипломы. Закончил институт, получил корочки, где написано: “тренер”. А что дальше? Сначала нужно разобраться, сможет ли человек посвятить себя этой профессии. Второй фактор — та школа, которую он прошел. Это очень важно. Вспомните 1991 год. К лидерам сборной — Ломанову, Ануфриенко, Лахонину — присоединилась группа молодых неизвестных ребят: Ярович, Гапанович, Тюкавин и т.д. Они взяли да и выиграли чемпионат мира. С 91-го по 98-й меня не было в стране, я работал в Финляндии. И мы ничего не выиграли. Ни одного, даже домашнего турнира, хотя в составе сборной были все те же самые хоккеисты. Почему? Вакуум образовался не в игроках, а в управлении. Сейчас ситуация в российском спорте налаживается. Футбол выкарабкался, и появилась целая плеяда хороших тренеров. В “шайбе” тоже наблюдаются сдвиги после возвращения из-за океана наших звезд. А у нас те люди, которые вернулись из-за рубежа, не хотят работать тренерами. Они подзабыли наставления Трофимова, Якушина, Айриха, Атаманычева. Русский хоккей всегда был построен на великолепном катании, на скорости, на выносливости и в первую очередь — на атаке. Мне навсегда врезалась в память фраза Трофимова, которую он адресовал разным поколениям хоккеистов: “Ребята, вы даже не мечтайте обыграть шведов за счет техники и тактики. Только когда мы бегаем, вся их тактика рушится...” Это говорил сам Трофимов! А теперь вспомните последние 15 минут финального матча. Какая может быть тактика, если твоя команда остановилась?! Выпусти хоть 10 защитников, ты все равно пропустишь гол после углового.

Особая когорта людей — это детские тренеры. На первом месте у такого специалиста должна быть любовь к детям, ты им — второй отец. Они засыпают с твоим именем и просыпаются с ним. А если к этим качествам добавляется еще и знание предмета, т.е. ты — бывший хоккеист, умеешь держать клюшку и знаешь, как и куда отдать пас, то можешь считать себя специалистом. А специалисту надо платить деньги. И вот тут необходимо изыскивать финансовые возможности. А они, как правило, нелегальны. Но ведь это же наши дети! Вот в чем трагедия детского спорта. Все это то, о чем мы разговаривали с министром спорта Виталием Мутко. Равно как и о том, что тренер сборной должен получать за свой труд достойную зарплату, чтобы было за что спросить с него. Мутко даже озвучил цифру — 150 тыс. долларов.

НЕ ЗА СЕБЯ ПРОШУ

У вас, как у тренера сборной, в настоящий момент с Федерацией хоккея с мячом страны имеется взаимопонимание?
— Абсолютно никаких проблем во взаимопонимании, и не может быть. ФХМР — орган, который создает условия для нашей работы. Если мы будем твердить, что сборная проиграла со счетом 1:6 каждый день, от этого нам лучше не станет. Мы должны развернуться и искать пути исправления ошибок. Сборная начинает обновляться. Может быть, это не нравится руководству столичного “Динамо”. Но спешу успокоить президента столичного клуба Бориса Скрынника: “Динамо” еще долгие годы будет оставаться базовой командой сборной. Просто считаю ненормальным явлением, когда молодые игроки сборной сидят в запасе, а на поле находится Эрикссон, которого уже не берут в сборную своей страны. Только идиот может считать, что я душой не болею за динамовский клуб. Я искренне переживаю за него. Несмотря на это, мне очень обидно и за “Водник”. Тот звездный состав архангелогородцев достиг в этом городе потолка. Но зачем с “Водника” сняли еще один слой? Молодые ребята, которых я привлекал к тренировкам мастеров, должны были сейчас составлять костяк команды и продолжать славные традиции клуба. А вместо этого их забрали в Москву, где они сейчас сидят в запасе. Можно сказать, что повезло лишь Юре Радюшину, попавшему в хороший клуб и имеющему там игровую практику.

Какие шаги, на ваш взгляд. необходимо сделать во внутреннем чемпионате, чтобы двигаться вперед?
— Когда 10 лет назад предлагался “гладкий” чемпионат, я был на позиции Поморцева и являлся противником этой идеи из-за того, что мы могли потерять много самобытных команд. Но мы сделали методическую ошибку, разрешая таким командам играть, не требуя от них создания соответствующей инфраструктуры. Люди на местах спокойно сидели, аккуратно распределяли финансовые потоки, при этом ничего не вкладывая в развитие. Этот процесс привел к тому, что, как только начался кризис, команды “посыпались”. Люди, создававшие такие клубы, преследовали лишь свои сиюминутные интересы. Но что теперь об этом? Сейчас в России имеется 14—15 хороших клубов. Из них, условно говоря, шесть — топового уровня. При создании суперлиги высвободятся игроки из распавшихся команд, которые вольются в средние коллективы и усилят их. А если мы еще проведем “гладкий” чемпионат с маленьким плей-офф — с участием четырех команд, это будет и вовсе потрясающе. Предложил бы еще проводить турнир со спаренными матчами, также весьма привлекательными для зрителя. И со спортивной точки зрения это было бы хорошо: чем больше игр, тем менее катастрофична потеря очков.

Мы обязаны все лучшее брать изо всех видов спорта. Некоторые из них, изменив правила, приобрели громадный зрительский интерес. Нельзя также, чтобы команда уровня “Динамо” за два тура до окончания турнира становилась чемпионом. Получается, что нет альтернативы серии плей-офф. Еще один аспект: сейчас судейство имеет громадное влияние на результат матча. Как только мы добьемся обратного, пойдет прогресс. Например шведы ввели правило, при котором можно подавать за раз лишь один угловой. У нас же — пропустил три мяча после стандартов, и ты уже проиграл матч. А играешь вроде нормально. Шведы также запретили замены при угловых. Или возьмите удаление. Оно длится не меньше минуты. У нас нет динамики. В самое ближайшее время должны садиться тренеры и вместе с чиновниками ФХМР работать над изменениями правил. И поверьте, главными оппонентами этих трудов станут судьи. К сожалению, это так. Мы ратуем за развитие нашего вида, а они — за то, чтобы сохранить свое влияние на нас. Сейчас доходит до абсурда, 90 процентов судей болельщики знают поименно, а вот игроков нет. Нонсенс! А между тем есть золотое правило: самый лучший судья — тот, которого не видно на поле.
Сергей ИВАНОВ

© все права защищены, Редярск.Ру (www.redyarsk.ru)