22 декабря 2005 года

Сергей ЛОМАНОВ: «Это вообще кино было раньше!»

Источник: газета "Конкурент"
Заключительная часть серии интервью Игоря Рудика. О футболе, человеческих отношениях, сыне, жизни в Швеции и шведском хоккее

-  Сергей Иванович, третью часть нашего  коммуникативного  пиршества неплохо бы начать, скажем, с «холодных закусок». Готовить умеете?

-  Как-то с дочкой один остался, начал сам готовить - баранину в рукаве!

- В рукаве?

-  Кто-то меня научил, думаю, дай-ка   попробую.   Ничего,   нормально!

- Так это на чем ее надо? На газе?

-  В духовке. Завязываешь баранюгу эту, специй добавляешь, чеснока - все, она в собственном соку доходит.

- А у вас раньше дом был недалеко от речного вокзала. А где сейчас живете?

- В самом противном доме города. На Дубровинского-Перенсона. В принципе, дом-то хороший, но не очень спокойный. Я люблю одноподъездные   дома.   Когда   и всех соседей знаешь, и народу немного, а здесь. Подъехал - и все смотрят, смотрят... Почему у нас сплетни обо всех и зависть процветает? Потому что в больших домах живем. Если жили бы в своих домах... Коттедж за городом, жил бы один, никто бы тебя не видел. Заехал во двор, машину поставил. А тут приезжаешь, человек восемь таращатся. А в другой раз - другие. И начинается!

- Один из тестов на душевное равновесие - качество сна. Бессонница не беспокоит?

-  Сейчас хорошо стал спать. А раньше были нервы каждый день, сон потом терялся.

- А со зрением сейчас как?

- С дальностью все нормально. А для чтения надо очки покупать.

- Видеозаписи свои сохранили, когда играли?

- Не знаю, надо смотреть, у меня много было всякого поназаписано. Но без системы. А вот у Сереги буквально все сейчас. Собирает все свои записи. Аркадий Бритков каждый год делает ему все его голы. Одну кассету скомпоновал вообще шикарную - Серегины сто голов. Сергей после игры, как привык, берет кассету и идет домой просматривать. Ваня Максимов тоже может смотреть и анализировать.

-  А сейчас в Москве кто Сергею записывать будет?

-  У них тоже там есть человек, ответственный за это дело. Кассету даст - и нет проблем. Сейчас видеотехника у всех.

А было время, недавно ведь совсем, когда у нас-то нигде видеокамеру достанешь. А в Швецию уехал - пожалуйста! Я купил и все игры снимать стал, буквально все. А потом анализировал. Тренировки, матчи. Все, говорю, Серега... Перебросились мы с ним какими-то фразами, потом вместе с ним просматриваем игру: «Серега, на тебе кассету и ищи. У тебя здесь, скажем, десять ошибок, найди их сам». А до этого мы очень много с ним рассуждали, как правильно действовать и как неправильно. «Папа, иди сюда! Нашел три-четыре». - «Хорошо. Еще и еще остались... Ну ладно, осталась последняя ошибка, которую ты должен найти». - Он ее туда-сюда мотает: «Ну не могу я найти!» - «Надо найти, это тебе поможет в будущем». Слышу - орет пацан, десять-две-надцать, лет: «А, папа, папа, нашел!» Постепенно учился: «Смотри, при обводке я просто встал на две ноги». - «Правильно, это ведь нельзя. Ты всегда должен перебирать ногами, чтобы при обводке не останавливаться». Цирк просто с Серегой был!

-  Мне кажется, он вообще очень талантливый человек. И как спортсмен, и как сын, и как личность вообще. Можно сказать, это самый красивый «гол» Сергея Ломанова-старшего...

- Когда я жил и играл в Союзе, тяжело было со свободным временем, постоянные разъезды. А в Швеции-то я с ним всегда был. Я с ума сходил, так ждал его со школы! Я был там свободным человеком. Но свободы этой было иногда даже через край: тренировка только в шесть вечера. В свободные дни я ложился специально под утро, часа в четыре утра, пока просмотрю все фильмы, спортивные передачи. Утром всех развезу: детей в школу, жену на работу - и сплю один в квартире до обеда. И жду его специально. Он приходит, я его за шкирку, пошли! Ну, мне же нужны какие-то эмоции! Там было футбольное поле, частное. Владелец  знал меня и все разрешал. Мы приезжали,  машину  ставили.  Хозяин: «Играйте, сколько хотите». И мы с Серегой два часа в футбол! Потом я всякого ему там понапридумывал: набивание мячей, в теннисный футбол очень много играли. Каждый день. Акцент сделал чисто на технику. То есть он идет сначала на свой детский хоккей, тренируется. Потом у нас тренировка основной команды. Я стою с мужиками, он ко мне подбежит, я ему: это сделай, это сделай и еще вот это. Задания ему даю на технику, он выполняет, прибегает: «Папа, я все сделал!» Я ему - еще. Катался он тогда вообще очень много. Я его все время брал на лед. Дома скучно, придешь, поужинаешь, что делать? Стадион у нас рядом, мы с ним на стадион приходим - и наматываем круги. Я ему все повторял: «Вот смотри, в Швеции дети тренируются максимум час в день, русские - минимум два. А нам нужно, чтобы быть лучше всех сверстников, кататься три-четыре часа в день». И он катался.

-  Школу он, конечно, прошел такую!

-  Тем более, знаешь, как я относился к его воспитанию! Ты там один,  в Швеции этой,  один  на один со своей семьей - и все, там же жизнь совсем другая. Самое главное в той моей жизни был - Серега. Девчонка-то, естественно, ближе к маме. А пацан - он твой всегда. Обязательно на его игры придешь, внимательно все посмотришь... У меня есть кассеты уникальные, когда ему девять лет и где он играет в хоккей. Это вообще король был! На него уже тогда люди специально смотреть ходили. Ему в Швеции запретили играть за свой возраст! Представляешь?! Он   с   парнем учился в классе в одном, и там у них был тренер. И когда предстояла тяжелая игра, тренер этот тихонько к Сереге подходил: «Сегодня надо прийти, только ты никому не говори, мы играем там-то и там-то». Я его по-тихому привезу... Обычно на равных борются команды. А Серега выходит -  10:1, 12:2. Он штук девять накидает им - и привет! (Смеется.) Потом уже тренер нашей команды встревожился: «Сергей, что такое творится?» - «Да меня попросили...» - «Не надо тебе туда больше ходить!»

- А между собой вы не соревновались с ним?

-  Я его задом обгонял раньше. Когда я играл, а ему было лет девять-десять. На сотку встаем: «Я - спиной вперед. Серега, а ты?» Я его обычно обгонял. Он маленький был, но шнырь такой уже! Он играл в финале чемпионата Швеции за старший возраст, за 77-й год рождения. В порядке был вообще! Катался лучше всех.

-  И сейчас он, конечно, этим отличается.

- Ну, а кто лучше него катается? Никто.

- А вот у вас с Андреем Пашкиным был спор, кто угловых больше назабивает за сезон...

- Это вообще кино было раньше! Я сейчас вспоминаю наши годы... Какой позор был! Смешно даже, какие мы бездарные были в то время в тактическом плане. К примеру, в каждой команде были свои ударники. Допустим, Коля Дураков наколотил с угловых бог знает сколько голов. Евгений Михайлович Папугин - тоже бомбардир-ударник. Коля Афанасенко из ульяновской «Волги»... Но все ведь знают, что вот этот парень здорово бьет угловые, ну выбеги на него три-четыре человека, перекрой ему линию удара! Он не забивал бы столько. А бегали раньше по одному. Да и то плохо бегали.

- Коньки, наверно, тогда были тяжеленные?

-  Нет!  Тактическая безграмотность. Вот если бы сейчас я играл против Дуракова, допустим, как тренер. Он бы у меня ни одного углового не забил, понимаешь? А раньше представляешь,  какой у нас был тактический арсенал убогий! Вот, допустим, тот же самый Дураков, назабивавший очень много голов... Опять же, если был бы я тренером, игравшим против Дуракова, я бы никогда не позволил ему бить с удобной руки. А с той руки он бить не умел! Я бы построил так оборону, что Дуракову пришлось бы только влево бежать. А оттуда он бить не умеет. Вот и все. А раньше он куда хотел, туда и накатывал. Под удобную руку подстраивался - и бил с удобной руки. А зачем ему давать с удобной бить, - предложу ему помучиться. То есть перекрывая ту сторону, открываю ему эту сторону - и пусть туда бежит. И что он сделает?

- Тактические тонкости – дело хитрое. Это сейчас, к примеру, вратари в футболе мяч в игру почти всегда рукой вводят. А в 70-е годы всегда выбивали за центр поля. Некоторые еще по-пижонски так!

-  И в основном команда просто теряла мяч. Кое-как отбирала, а после вратарского удара в небеса опять теряла.

- Зато раньше какие универсалы были, тот же Трофимов, Бобров, Маслов... Зимой в хоккей - русский и канадский, летом - в футбол. На высшем уровне!

-  Наше поколение все хорошо играло в футбол. Когда я в первый раз на сборы приехал в сборную... А тогда же как было: с молодежного чемпионата мира сразу советовали лучших опробовать в первой сборной. Я получил на молодежном чемпионате приз лучшему игроку. И меня сразу в первую сборную вызвали. А я в юношеской команде был младше всех на два года. Приезжаю на сбор первой сборной. Сидим... А тогда очень многих вызвали из молодежки. Получилось два состава. Звезды, допустим, человек двенадцать, заслуженные мастера там все. Один выходит летом на сборах: «Так, динамщики все туда, в футбол играть. А молодежь - здесь. Серега Гава из архангельского «Водника»: «А ты, Ломанов, иди сюда, будешь в звездном составе». А кто-то говорит: «Я не Ломанов!» -  «А где Ломанов?» А я сижу, он мне: «Ты, что ли, Ломанов?» - «Я». - «Да?! Иди туда». Я обалдел! Взяли в футбол играть в первую команду. Трофимов, он ведь звезда, всегда самый лучший был футболист, он сразу после матча - ко мне: «А ты ничего!» Он начал меня сватать в дубль московского «Динамо». Он такой человек был, с наметанным глазом, он увидел сразу, что хороший парень, в футбол умеет играть. И он мне постоянно повторял: «Кто не умеет играть в футбол, тот не умеет играть в хоккей». И я сегодня настолько уже всего насмотрелся, я прихожу в новую команду, увидел парней, кто как одевается... А если он еще и первый шаг сделает на коньках, допустим, встал и пошел, я: «Все, мальчик, иди туда». Я вижу уже, что в нем. Я всегда приводил такой пример, может быть, удачный или не очень, но достаточно такой интересный. Я говорю: «Вы знаете,  я  получаю  удовольствие даже от походки. Вот сравните. Допустим, был Марадона. Какой-то такой толстоватенький, неуклюжий… А как он выходит на поле! Как кошка! Или Горлукович наш: бум-бум-бум. Марадона – это то, что уже изначально глаз радует. Я вижу, что красота. А в хоккее с мячом - как?! К сожалению, не очень много у нас игроков сейчас, кто именно техничен, кто красиво играет. А мне нравится именно красота.

-  В футболе Александр Заваров был как раз такой - импульсивный, импозантный...

-  О! Да вся сборная нашего Советского Союза, если не ошибаюсь, а может, и ошибаюсь, в Мексике-86 так зажигала тогда! Беланов такие сумасшедшие голы забивал!

- В конце концов, они даже чемпионами мира могли тогда стать.

- Могли. Бельгию-то просто прибили, уж как они тогда играли, ну, молодцы!

-  «Челси», Англия, Абрамович... Есть какие-то соображения?

-  Как-то не обсуждал эту тему никогда. А «Челси» как команда и английский футбол в целом мне нравятся.

- Своей команды нет, за кого переживаете? В любом виде спорта. Может, в российском футболе?

- Нет. Если, например, Олег Романцев с Александром Тархановым работают, то за них болею. За Олега, за Сашу.

- А за Олега Долматова? Он ведь тоже земляк, хотя в Красноярске совсем мало поиграл.

- С ним я не знаком. А вот Андрея Редкоуса хорошо знаю. Мы, в принципе, одногодки с ним. Как-то посидели с ним классно, повспоминали. Как в футбол играли друг против друга. Он за «Автомобилист», я - за «Енисей». Когда Андрея не было, мы сопротивлялись, бились. А Андрей приедет - в первом же тайме пять голов забьет - и все кончено.

- А на льду я очень любил за Виктором Шакалиным наблюдать. Суперзащитник! Стартовая скорость -  как у Бена Джонсона. Интересно, а на легкоатлетических тестах, без коньков, он так же резво носился?

-  Не думаю, что он любил физподготовкой заниматься. Я, допустим, просто ненавидел кроссы. Впрочем, кросс - еще куда ни шло, если без учета времени только... Три тысячи метров - кошмар! Но есть вообще погибель: так называемый тест Купера, его очень часто в командах проводят. И я уже «в предвкушении», за три дня плохо спал: надо уложиться в 12 минут! Я пробегал кое-кое-как - за 11.50. 11.30 - это уже хорошо для меня. Все, с кем я играл, тест этот не любили. Пашкин плохо бегал эти дистанции, Ануфренко плохо бегал. Все лидеры «Енисея». А быстро бегали единицы, кто, в принципе, не играл в команде главных ролей. У меня ноги были шестьдесят четыре сантиметра в обхвате - куда бежать? Как их тащить нет сколько километров? (Смеется.) Я неплохо бегал тридцать, шестьдесят, сто метров. Быстро бегал. А что касается длинных дистанций – увы.

- Сейчас, наверно, медицина спортивная настолько уж поднаторела в чудо-добавках: мертвый забегает. Вы ничем подобным не баловались?

-  А боишься... Может, что-то и надо было. Но боишься все время. У нас доктор занимается, где-то на команду нужно порядка пятисот тысяч на всякие добавки, подбавки, на восстановление и все такое. Опять же, опасно - просматриваешь, что можно, что нельзя. На чемпионате мира на обследование всех моих забрали: Сергея, Евгения Швецова и, по-моему, Алексея Щеглова. На допинг-контроль.

- Все чистые?

- А нам сразу сказала женщина. Ты сдаешь мочу, она по виду даже определит, что нормальная. А если есть какие-то вопросы, ее упаковывают и отправляют. А так сразу анализ делают здесь же, быстро - и все, свободен.

-  Тренер или врач, наверное, рекомендуют хоккеистам, что нужно и что нежелательно есть? И за сколько часов до игры?

-  Все индивидуально. Хотя если идут сборы, то за это, естественно, отвечает врач. А если дома ребята живут, то всем понятно: никаких пельменей,   никаких   блинов.   Я перед игрой вообще старался не есть. Кстати, я жил дома всегда. Был единственным хоккеистом в стране, кто не ездил на сборы команд. Наш «Енисей» жил всегда в «Гренаде». День-два перед матчем - обязательно. Единственный, кого отпускали, - Ломанов. Доверяли. Я ведь непьющий был такой, спортивный, режимщик... Приезжал в день игры на базу перед обедом и установкой на игру. А жил всегда дома. И, естественно, ел домашнее - легкий там суп какой-то, картошку, спагетти.

- Спагетти - тоже можно?

-  Даже нужно. Шведы на спагетти вообще сильно налегали. Во многом все это индивидуально, но я всегда к этому относился серьезно. Если у тебя полный живот, то какой ты хоккеист? Я помню, у нас был случай в Швеции. Тогда мы с Виталием Ануфриенко играли за одну команду. Едем в автобусе, и что-то начали на игру запаздывать. Мы выехали часов 8 семь утра, а до города ехать часов пять. По пути должны были остановиться в какой-то гостинице позавтракать. Снег пошел очень сильный, и мы немного опоздали. До игры остается часа три. А мне надо четыре-пять часов, чтобы прошло между едой и матчем. Я, естественно, понимал это дело, и съел только что-то легкое: яйцо, сыр, кофе выпил. Ну, из такого, что не навредит. А шведы наши как засели, как давай лупасить! Пока весь стол не опустошили, не вышли. Мы заходим в автобус, у них даже отрыжка была. Я думаю: ну, наиграем сегодня! Приезжаем, и первый тайм - 0:5! С ума сойти! Я давай в раздевалке кричать: да вы, есть меньше должны перед игрой! Вроде подействовало. В итоге, правда, проиграли, но не позорно - 5:6.

-  В Скандинавии в спорте много полупрофессионалов.

- В Швеции вообще люди другие: легкоатлетическая страна, спортивная нация. И хоккеисты совершенно иные. Когда меня купили, я пришел на первую тренировку в какой-то женский клуб в трусах спортивных. Они обалдели все. На меня смотрят, ровно стоять не могут: такие ножищи у меня были! А они все худые. У нас было упражнение такое: в круг центральный в зале все встают на одной ноге. Кто дольше всех продержится. Я мгновенно  их  всех  бац-бац-бац! Всю кучу распихал на одной ноге, потом на другой - то же самое. Так они на меня так ошарашено смотрели, чуть ли пальцем не показывали. Зато когда три тысячи метров бегали... Мы с Ануфриенко договариваемся: «Виталя, ты меня не обгоняй, я тебя не обгоняю. Держимся вместе». Вместе бежали, так нас шведы обгоняли на круг, на два. Я им потом: «Вам бы поле сделать метров под четыреста длиной - тогда бы вы в порядке были». А то на льду их не видно никого, только на кроссах. Мы сидим, они мне говорят: «Сергей, а вот как ты думаешь, как наш уровень?». Это где-то 89-й или начало 90-го года было. Я им так тогда сказал: «Ребята, вы играете в хоккей, как мы живем». Они так на меня посмотрели, обиделись. «А чего обижаетесь-то? Я с вами разберусь всегда».

- А вот кто с кем «разобрался» бы: «Енисей» 80-х годов против тогдашнего ЦСКА из шайбы? Один матч - в хоккей с мячом, другой - с шайбой. А голы общие!

-  На большом поле шайбистам очень тяжело бы пришлось. Ну а мы на маленькой коробке как-нибудь исхитрились бы. В катании мы им не уступили бы, поплотней старались бы играть. Естественно, они в коробке нас обыграют. Но не такой уж, я думаю, был бы и разгром. Хотя, черт его знает, как настроились бы...

-  Если к Швеции вернуться: многим, наверное, уровень наших хоккеистов даже выше ожидаемого показался?

- С уровнем мастеров был порядок. Но вообще за русских за рубежом бывало и очень стыдно: в магазинах матерятся, воруют, кошмар! Натерпелся я там. Одной юношеской команде из Томска я однажды устраивал поездку. И говорю им: «Меня очень интересуют магазинные вопросы». Они: «Да, да, нас тоже очень интересуют магазины». - «Я не покупки имею в виду, а как себя правильно в магазинах вести! Учтите, не дай бог кто-нибудь попадется!» Приехали, играют, играют, потом пошли по магазинам. Тут же мне звонок: «Сергей, ты знаешь, один человек попал у нас в полицию». - «Как попал, так пусть сам и вылезает, я туда не пойду позориться. Тем более я вас предупреждал». Пацан этот зашел, куртку надел - и на выход. Перевернуло это все потом. По этой истории и информация о нашей стране пошла.

-  В футболе существуют и высшие школы тренеров, а в хоккее с мячом все, наверно, на импровизации: передал знания свои, другой их почерпнул?

-  Раньше семинары различные были. Тренер сборной, допустим, выступал, а другие потом обсуждали, мнения высказывали, спорили. А потом стало это все кое-кому невыгодно. Тренеры задают очень много «ненужных» вопросов. Они более откровенны. По проблеме судейства скандал был бы, а Поморцеву этого очень не хочется.

-    Когда   государство   спускало раньше сверху деньги,  все легче было. И воровать боялись. А сейчас лазейки открылись...

- В футболе, по-моему, есть такой закон: страна вступает в ФИФА или УЕФА только в том случае, если футбольный союз страны считается общественной организацией. В нашей-то стране за общественные организации борьба идет. Я за то, чтобы Фетисов подмял все отдельные федерации под себя. В федерации нашей хоккейной Фетисова боятся. Конечно, это, может, для демократической страны и неправильно, но толку будет больше.

-  Кто-то Фетисова боится. Кто-то - на самолетах летать...

- Я на отдельных самолетах чувствую себя неуютно. На Ту-154 неприятно. А на Ил-86 - нормально.

- Авиапроисшествия бывали?

- Мы раз с «Енисеем» в Хабаровске сидели очень долго. Пошли на взлет уже. Ехали, ехали, ехали и -  раз, остановились. Что-то там с двигателями случилось. Не взлетели. Но ничего, все обошлось.

- Сейчас - в Москву по делам?

- Да, по делам сборной. С Янко встретимся.

- Он талантливый тренер, но и такой артист!

- Да, артист. Я когда в сборной с ним работаю, у меня аж уши устают. (Смеется.)

- Он ощущает себя счастливым. Но врагов, по-моему, у него бессчетное количество!

- Конечно. Люди-то злые. В том же самолете, да еще в бизнес-классе, друг напротив друга сидят и друг друга ненавидят. А в лицо улыбаются. Ничего святого! Больше всего такую фальшь не терплю. Если я человека не уважаю, я вообще не буду с ним общаться.

Я раньше вообще не думал, что настолько люди могут быть коварными. И вот когда только я стал тренером... Как тут началось! Зависть эта просто гнетет! У нас есть, допустим, губернатор или мэр города -  и все хотят снять мэра города или  губернатора.  Стал главным тренером - все хотят снять главного тренера. Редактор главный есть -  снять главного редактора, чтоб ему плохо было. Чтоб другой встал. Другой встанет - другого снять!

-  Может, когда новое поколение родится, тогда только и изменится все?

-  Надо, чтобы несколько поколений прошло. Тот же интернет если почитать, сколько там людей всего пишут. И такие вещи пишут! Разве можно, допустим, какого-то человека оскорблять? Ты можешь высказать критические замечания, корректно, но ни в коем случае с наездами или издевками.

-  Это от озлобленности все идет. Люди десятки лет впроголодь жили, и дефицит вечный был, и врали столько, и вся эта сталинщина страшная и брежневщина смешная...

-  После 13-го года началось все. Когда наша страна была самая богатая в мире, экономический подъем был. А потом пришел тот же Ленин, все умы сразу утекли, интеллигенция вся уехала. Даже песня есть: «Кто был никем, тот станет всем». С этого все и началось. Потом эти полководцы неграмотные пошли: всех лучших убили, арестовали, вынудили бежать. А начали недоучки править страной... Чуть человек отличился, высунулся по-хорошему - тут же по башке ему за это!

- Ну и палачи, стукачи - на целые поколения.

-  Меня еще поражает сильное чинопочитание. Это кошмар! Подхалимы натуральные. Я порой не верю своим глазам. Я знал этого человека как порядочного, на руководящих должностях, а встречается он с более высоким по рангу -  и все, он готов начальнику ботинки надеть и шнурки завязать. Меня от такого воротит. Это очень неприятно мне. Если я - личность, у меня есть свое мнение, я знаю, как делать, допустим, из спортсменов команду, то я никогда не буду подхалимничать. Видимо, в силу характера. Так уж сложилось. Все время играл, боролся за победу, нередко через силу. Старался быть личностью всегда. Спорт и личность - почти крылатое выражение. Может, из-за этого я и не могу преклоняться перед кем бы то ни было. И есть у меня свой взгляд на эту непростую жизнь.

Игорь РУДИК

© все права защищены, Редярск.Ру (www.redyarsk.ru)